Поиск по сайту:

Братьев Магомедовых привели в тюрьму обиды и интриги

Братьев Магомедовых привели в тюрьму обиды и интриги

На прошлой неделе суд огласил приговор братьям Магомедовым. Предприниматель Зиявудин Магомедов и его брат экс-сенатор Магомед Магомедов получили 19 и 18 лет колонии строгого режима соответственно. Как одни из богатейших людей страны попали на скамью подсудимых?

Неприятности братьев Магомедовых начались из-за того, что они попытались взять под контроль ключевые российские порты. Самая яркая история касается порта Махачкалы, из-за которого Зиявудин Магомедов поссорился с сенатором Сулейманом Керимовым. Через порт идёт нефть из прикаспийских государств, что обеспечивает предприятию гигантские финансовые потоки. Много лет на уровне Дагестана и федерального центра лоббировалась идея приватизации предприятия. Понятно, что желающих получить контроль над портом всегда хватало.

С 2010 года портом руководил Ахмет Тажудинович Гаджиев. По слухам, он как-то связан с депутатом Госдумы Русланом Гаджиевичем Гаджиевым (агентство РБК называло их братьями). А на Руслана Гаджиева минфин США наложил санкции как на человека, по их мнению, тесно связанного финансовыми узами с сенатором Сулейманом Керимовым. Впрочем, клан Гаджиевых в Дагестане силён и сам по себе. Гаджиевы, возможно с поддержкой Керимова, претендовали на контроль над портом.

Однако в 2015–2016 годах о своих претензиях на порт заявили структуры братьев Магомедовых, которые выкупили долги порта у кредиторов, образовавшиеся при прежнем руководстве. Братьям, предположительно, удалось пролоббировать в федеральном Росморречфлоте отставку Ахмета Гаджиева (Магомед Магомедов к тому времени уже отбыл срок в сенате, и у него наверняка были связи на федеральном уровне). 

В порту тогда начались беспорядки, работники не принимали нового руководителя Андрея Гормаха. А один из претендентов на пост директора порта Магомед Кантаев подал иск на Росморречфлот в Гудермесский городской суд Чеченской Республики и выиграл. Говорят, оба лагеря начали собирать для захвата порта группы крепких ребят, но в итоге судьба актива решилась в высоких кабинетах. Совещание главы Дагестана Рамазана Абдулатипова, полпреда президента в СКФО Сергея Меликова и министра транспорта РФ Максима Соколова приняло решение не в пользу Магомедовых, заодно их пыл охладила своими заявлениями и Генпрокуратура. Так основателям «Суммы» пришлось отступить из Махачкалы. Но говорят, что они якобы решили отомстить Керимову и «спалили» его перед французами, передав в Париж сведения о европейской недвижимости сенатора, при покупке которой якобы не были уплачены налоги. Керимов попал в международный скандал, последствия которого ему до сих пор аукаются в виде санкций. Кто на самом деле информировал французов, неизвестно. Но среди российских силовиков есть уверенность, что сделали это именно Магомедовы, поэтому к ним стали относиться как к предателям, которые сдали «своих» Западу.

Что касается порта, то минувшим летом исполнять обязанности директора был назначен Рустам Алиевич Керимов 1984 года рождения. Есть ли теперь у кого-то сомнения по поводу того, в чьих интересах может пройти приватизация предприятия? 

Другой сюжет касается новороссийского порта. А начался он на экономфаке МГУ, где братья Магомедовы учились в конце 80-х – начале 90-х. Здесь они познакомились с будущим вице-премьером правительства РФ Аркадием Дворковичем и будущим банкиром Алексеем Френкелем. Именно Френкель привлёк Магомедовых, начинавших с фарцовки на рынке, в банковский бизнес. Правда, банк «Диамант» в 2001 году разорился, а сам Френкель вскоре сел на 19 лет за убийство первого зампреда ЦБ Андрея Козлова. Но на почве банковского дела Магомедовы сошлись с другим компаньоном Френкеля – Давидом Капланом (это выходец из Литвы с израильским паспортом, сейчас он объявлен в международный розыск по делу Магомедовых). Именно Каплан, предположительно, свёл Магомедовых с тогдашним президентом «Транснефти» Семёном Вайнштоком. По итогам работы Вайнштока в «Транснефти» к нему возникло немало финансовых претензий, особенно по части строительства нефтепроводов, отчего он вскоре после увольнения уехал в Лондон, а затем в Израиль. Но именно на строительных заказах «Транснефти» Магомедовы заработали первые по-настоящему большие деньги.

Самое главное, их компания «Сумма» стала оператором экспортного нефтеналивного терминала в Приморске на Балтике. Несколько лет деньги текли рекой в руки компаньонов, но в 2007 году Вайншток ушёл из «Транснефти» в «Олимпстрой», из приморского проекта вышел и Каплан. Магомедовы же решили продолжить игру на повышение. Дело в том, что на своём посту остался зам Вайнштока Михаил Арустамов, а в правительстве «Транснефть» курировал их студенческий друг Аркадий Дворкович. Поначалу новый глава «Транснефти» Николай Токарев тоже не обижал Магомедовых, при нём «Сумма» стала одним из крупнейших подрядчиков. Также «Траснефть» на паритете с «Суммой» вошла в кипрский офшор Novoport Holding. Однако вскоре между Токаревым и Магомедовыми пробежала чёрная кошка.

Novoport Holding в результате хитрой сделки по слиянию активов получил 50,1% акций Новороссийского морского торгового порта. По одной из версий, «Транснефть» решила выкупить долю «Суммы», кто-то пустил слух, что Магомедовы не сторговались с Токаревым в цене, тот пожаловался куда следует, и братьев пригласили «подумать» в СИЗО. Правда, когда Магомедовы уже сидели в камере, «Транснефть» выкупила у них долю в Новороссийском порту. Правда, сумма сделки составила 750 млн долларов, что было вдвое больше курсовой стоимости акций. Так что более вероятной выглядит другая версия. «Транснефть» была заинтересована в нефтяных терминалах, которые контролирует и по сей день. «Сумму» же могли интересовать зерновые терминалы, так как в её состав к тому времени уже входила Объединённая зерновая компания. Однако на зерновые терминалы также положил глаз банк ВТБ. И вскоре после посадки Магомедовых «Транснефть» продала-таки зерновую часть порта банку (за 35,5 млрд рублей), а тот передал их в состав холдинга «Деметра». Зачем «Транснефти» понадобилось завершать сделку с уже сидящими в СИЗО Магомедовыми, если не для того, чтобы получить право на продажу зерновых терминалов? Таким образом, можно предположить, что игра за контроль над зерновыми терминалами сыграла с братьями Магомедовыми злую шутку. Сдадут ли они теперь порт Владивостока без боя? И возможно ли вообще отстоять такой актив, находясь в тюрьме? Интрига сохраняется.

Новости
по теме:
Федеральная антимонопольная служба возбудила дело в отношении «Мегафона» из-за повышения цен на тарифы

На время нахождения Магомедовых в СИЗО бизнес-империя заметно уменьшилась, но всё же продолжает оставаться лакомым куском для конкурентов. Связанный с Зиявудином Магомедовым офшор Sian Participation имеет 32,5% в логистическом бизнесе Fesco и продолжает корпоративную войну за полный контроль над компанией. Fesco, помимо прочего, принадлежит торговый порт Владивостока, который сейчас получил стратегическое значение. Так что напряжённость вокруг Магомедовых, вероятно, сохранится даже после вынесения им приговора – наверняка оставшиеся у них активы начнут рвать на части.

compromat

Регион: Россия

Комментарии:

comments powered by Disqus